О судебной коррупции и адвокатах

corruptnionКак адвокат по ведению дел связанных с преследованием за взятки и мошенничество,  сначала хотел бы затронуть эту насущную проблематику применительно к особенностям собственной профессии. А начать, пожалуй, следует с самого начала, т.е., с нашего национального менталитета. Иногда люди думают, что давать взятки следователям и судьям, «договариваться» с ними – это чуть ли не профессиональная обязанность защитника.

Уголовное дело – взятка — адвокат – для многих граждан это слова одного порядка и одного смысла. Мол, неважно, какой адвокат — по взяткам или какой другой, но он должен «решать все вопросы» еще до суда, приватно и за закрытыми дверьми. Причем любой ценой. Между тем, это чрезвычайно вульгарный ход мысли. В его основе – извечная «славянофильская»  ментальность и  как следствие недоверие к закону и к тем, кто этот закон применяет, т.е. прежде всего к следователям и судьям. И конечно,  это недоверие  возникло — не на пустом месте. Наша правоохранительная система действительно дает массу оснований для таких выводов.

Но дело даже не только  в том, что это народное недоверие служит неиссякаемым источником наживы для определенной категории адвокатов.

Без репутации, но якобы имеющих возможность «решить вопрос» в уголовном деле за 5-10 тыс у.е.. «Надо дать кому следует!» — вот главный девиз такого защитника. И люди понимающе кивают, не подозревая, что заглатывают наживку, которую подсовывает им самый настоящий мошенник. Объясняю. Дать взятку следователю или судье сейчас даже чисто технически не так-то просто,  и даже просто глупо.

Это сложно, затратно и, наконец, очень опасно. Достаточно сказать, в последние полтора-два года поимка взяточников (и мошенников, выманивающих деньги «на взятку») стала любимым развлечением правоохранительных органов, включая СБУ. Судьям под страхом увольнения вообще категорическизапрещено общаться с защитниками вне зала судебного заседания. Это, во-первых. Во-вторых, за взятку 5 — 10 тыс. у.е.,  по уголовному делу в Киеве заведомо решить ничего нельзя. Это совершенно не тот порядок цифр, на который кто-то бы польстился, кроме самого горе-адвоката.

Квалифицированные адвокаты в Киеве зарабатывают свои гонорары головой, а не липкими от холодного пота пальцами. И только тот готов пуститься во все тяжкие (причем по дешевке), кто не приспособлен к профессии, не понимает ее, кто, заглянув в материалы уголовного дела, чувствует свою полную профессиональную непригодность. И все равно — есть ведь в стране адвокаты, готовые рисковать собой ради подзащитного? – Безусловно, такие герои в стране есть, но их не так уж много, как думают иногда люди, далекие от правосудия. Куда чаще, идя на мошенничество, профессионально несостоятельные защитники выманивают деньги лично для себя, любимого, хитро прикрывая свое вымогательство необходимостью дачи взятки в интересах подзащитного: «это на взятку для следователя», «это для прокурора», «это для судьи». А как проверить потом, дошли ли деньги до адресата? И не затерялись ли они по дороге? На этом и строится расчет. Не наступил ожидаемый результат? Ответ мошенника всегда наготове: ну, дело ведь, понимаете, очень-очень сложное, что-то где-то не срослось. Но я не виноват, деньги передал нужному человеку! А не дали бы взятку — нас вообще засудили бы! Вот откуда гуляющие в народе слухи о взятке как распространенном «методе адвокатской защиты» в уголовном деле. А если говорить прямо, то взяткой уголовного дела сейчас практически не остановить.

Даже открыть  уголовное производство с помощью взятки пока еще не трудно, но остановить обоснованно открытое  уголовное производство — крайне затруднительно, если вообще возможно. Так отрегулированы настройки сегодняшней правоохранительной системы.

 Мы уже писали о том, что если адвокат в уголовном процессе предлагает решить вопрос защиты клиента простой дачей взятки следователю или судье, то будет довольно глупо доверять такому адвокату.

И вопрос не в том, что у нас самые честные следователи или судьи, что по тому или иному делу нельзя ничего «немножко порешать» в пользу «солидных и уважаемых»  людей? — Конечно же, это не так. Наше общество, практически пропитано этим. Ведь на практике первое что приходит в голову, наверное  где 80%  процентов наших граждан, когда у них возникают проблемы, так это найти нужных людей и «порешать вопросы». На самом деле, любые связи без соответствующей юридической позицией по делу, больше вредят по делу чем помогают.  И это уже автор этих строк проходил не раз. Это не говорит о том, что нет каких то межличностных отношений между адвокатами, следователями прокурорами и судьями, но умение правильно пользоваться этими отношениями, это большое искусство для адвоката.

Вспоминаю один случай который был со мной где то 15 лет назад. Я тогда был и адвокатом и помощником народного депутата на общественных началах. У меня появился клиент с одной из восточных областей Украины. С его слов прокурор и начальник милиции хотят забрать у него его бизнес (магазин) и дело прокуратурой района уже направляется в суд, осталось  последнее действие, это окончание досудебного расследования и ознакомление с материалами дела. Собираясь ехать в далекий путь, а до этого города  с Киева было 800 км.,  опасаясь, что местный «беспередел» действительно может быть реален и даже опасен, я должен был предпринять меры для его блокирования. В связи с чем, я вспомнил, что среди депутатского корпуса был один с народных депутатов, который был  именно с этой области, а также и тот факт, что он ранее занимал солидный пост в прокуратуре, опять же именно этой области.  Выйти на этого депутата-экс-прокурора для меня не составляло особых проблем.  И единственное, что сделал мне этот депутат полезного, так это то, что он позвонил своему бывшему подчиненному прокурору района и просто предупредил его о моем приезде.  Этот звонок, для меня имел всего лишь одну функцию, чтобы следователь прокуратуры или даже сам прокурор района не создавали мне ненужных проблем (область в этом отношении действительно была «веселая»). По приезду в этот город, к этом прокурору я даже и не зашел. Выполнил требования ст. 218  старого УПК (ознакомление с материалами дела) взял несколько копий следственных постановлений, переписал интересующие меня моменты (тогда еще не было цифровых фотоаппаратов)  … и уехал назад в Киев делать анализ по делу. Анализ получился очень неплохим, оказалось что дело возбудили в отношении клиента незаконно, ему вменяли совершение должностного преступления, за действия, когда он еще не был таким должностным лицом.  Выявив этот факт и подготовив соответствующее ходатайство, я вновь поехал в этот город.  Итак как уже была тема для разговора, я встретился с данным прокурором. Он внимательно меня выслушал, прочитал мое ходатайство  … и сказал что будет разбираться. После чего он просто пропал.  Он, перестал отвечать  на мои телефонные звонки, при помощи своего секретаря стал избегать меня, под разными поводами, то в командировке. то на выезде, то потом действительно ушел в плановый отпуск. Я понимал, что мое ходатайство для прокурора было неудобным и он меня просто избегает.  После чего я решился на крайнюю меру, приехать к прокурору прямо к нему домой, предварительно узнав его адрес и то что он действительно находится в городе.

Оказалось, что прокурор района жил в обычной многоэтажке, а не в собственном доме (это был еще 1998 год) и не у всех прокуроров еще были свои особняки. Поднявшись на лифте на его этаж, судьба столкнула нас с прокурором, прямо около мусоропровода (прокурор в спортивных трусах вышел вынести мусор с квартиры) и прямо на лестничной клетке, у нас с ним состоялся откровенный разговор. Прокурор сначала очень удивился моему визиту, а особенно его интересовало где я узнал его домашний адрес. На что я ему напомнил, к какому органу я имею отношение и на наших общих знакомых. Он немного успокоился и сказал мне фразу которые я запомнил надолго.  Он сказал, что ему все равно и даже наплевать, что я с ВР, ему также было все равно, что что я знаю его бывшего руководителя, а ныне народного депутата, но единственное, что ему было не все равно и волновало его больше всего, так  это то, что где я взялся на его голову такой зрячий, что разглядел то, что они  все вместе в прокуратуре,  не смогли увидеть  в течении 2 лет, с дня возбуждения данного уголовного дела.  После чего, он честно мне признался, что возбудить дело он может самостоятельно, а вот прекратить его …. может только с разрешения областной прокуратуры.  И сам он перед ними ходатайствовать об этом не будет.  Я так понял, что за любое прекращение, он  будет что то должен вышестоящей прокуратуре.  В этот же день, я попал в областную прокуратуру, показал ситуацию куратору этого прокурора … и уже на следующий день дело было прекращено.

После чего анализируя это дело, я сделал для себя очередной вывод, что без соответствующей юридической проработки и выбора тактики защиты, все высокопоставленные покровители просто не эффективны.  И главное это найти то главное обстоятельство по делу, которое без всяких связей может перевернуть ситуацию по делу. Психология правоприменения конечно существует, и есть огромное количество нюансов, но согласитесь, что например в описанной ситуации, давать кому либо  взятку по данному делу было даже глупо, да и собственно говоря даже незачем.  И на примере только моей практики, то все уголовные дела приблизительно в этом ключе у меня и проходили. Сначала находишь недостатки, а потом и успех по делу приходит сам по себе, без всяких взяток.  Конечно, отношения с следователями, прокурорами и судьями практически всегда, в той или иной мере проблемны, но это не повод для дачи им взяток.

И если присмотреться  внимательнее, то главная печаль нашего правосудия состоит в том, что у многих судей отсутствует пиетет по отношению к закону, праву вообще и правам граждан в частности (о причинах говорить здесь не будем). Более того, достаточно таких, у кого отношение к этим важнейшим общественным ценностям иначе как циничным назвать нельзя. На втором месте — проблема зависимого и приниженного положения самих вершителей правосудия. Судьи в большинстве своем как были чиновниками, зависимыми от воли своего начальства (прежде всего — от председателя суда, а председатель — от руководителей вышестоящего суда), так зависимыми и остались, несмотря ни на какие имитации судебной реформы. Думали, что большая зарплата сделает судью более свободным в отправлении правосудия. Не тут-то было! Напротив, большие зарплаты только усилили зависимость судей от своих начальников — кому же захочется демонстрировать процессуальную самостоятельность вопреки полученным указаниям, и в итоге потерять столь доходное место?

Теперь о способах и методах влияния на судей. Так вот, если, к примеру, руководителям судов звонят по двум сотням дел из восьмисот, то цели достигают только 10-20.  Причины? На входе, извините за такое выражение, «базар фильтруется».  Ну, например, уголовное дело имеет общественный резонанс. Попробуй тут, разверни его против закона — сразу снимут голову. Или противная сторона оказалась щедрей и расторопней, и уже забронировала результат. Или звонок оказался недостаточно авторитетным (звонки по своей значимости подразделяются на ряд категорий  в диапазоне от «Да пошел ты…» до «Есть! Будет сделано!»). Или, например, нет возможности для юридического маневра. Ведь как бы предполагается, что, даже действуя по заказу, судья не вправе прямо и грубо нарушить закон (хотя чаще всего так именно и происходит), для «нужного» решения надо поискать какое-то лукавое юридическое оправдание. Если такое прикрытие в уголовном деле не отыщется (а звонок из категории, которую можно без последствий проигнорировать), ничего не произойдет: никто и пальцем не пошевелит ради выполнения просьбы звонившего.

В общем, вариантов множество. Но самое, пожалуй, главное препятствие для реализации заказных решений по уголовным делам вот какое.  Это ведь только кажется, что решение по делу зависит от одного чиновника. Но у этого чиновника всегда есть начальник, который может перепроверить дело по жалобе противной стороны. Для следователя есть прокурор, а для суда — вышестоящая судебная инстанция.  И по результатам проверки прекращенное уголовное дело во многих случаях может быть возобновлено, причем иногда так, что летят пух и перья. Это тоже надо понимать. По крайней мере, услуги адвоката предполагают, что он должен объяснить это своему клиенту.

Ну, и наконец, цена на услуги телефонного права должна многих останавливать. Она начинается обычно от 30-50 тыс. у.е. Понятно, что эти деньги у клиента не должны быть последними. Ведь риски потерять их и ничего при этом не приобрести довольно значительны. Но это уже не проблема уголовного адвоката. Он не должен навязывать (и даже предлагать) клиенту такие услуги. Адвокат не должен ловчить и обманывать. Клиент делает свой выбор сам. Правда, его возможности выбора весьма условны, поскольку он никогда не получит ни паролей, ни явок.

Я знаю, что многие квалифицированные киевские адвокаты по уголовным делам предпочли бы работать без посредников и строго по закону. В этом случае им было бы гораздо проще конкурировать со случайными людьми от адвокатуры. Но сегодня система такова, какова она есть. И противостоять ей в одиночку для адвоката тяжело, но хотя вполне возможно. Ведь, как говорили древние, дорогу осилит идущий.

ПРИМИТЕ УЧАСТИЕ В ОБСУЖДЕНИИ:

Вы можете использовать эти HTML теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>